| | Налог на вывод капитала: чего ждать в 2021 году
ENG
А+ | А-
14.04.2020

Налог на вывод капитала: чего ждать в 2021 году

Одной из важных налоговых мер, озвученных Президентом и Правительством в конце марта - начале апреля, должно стать повышение ставок налога у источника при выплате доходов в так называемые транзитные юрисдикции. Полные параметры такого повышения в настоящее время официально не озвучены, но известно, что предложения о повышении налога на дивиденды и проценты до 15% получили Кипр, Мальта и Люксембург. Полный перечень юрисдикций, которым будет направлено аналогичное предложение, неизвестен, равно как и нет ясности по поводу ставки налога на роялти, которые тоже, как правило, облагаются по пониженным ставкам.

Необходимо отметить, что после введения в 2015 году правила о «фактическом праве на доход» (далее - ФПД) налоговые органы стали оспаривать право на применение пониженных ставок налога у источника, которые предусмотрены соглашениями об избежании двойного налогообложения (далее - СИДН) с целым рядом иностранных государств. Такое оспаривание базируется на утверждении о том, что компания-получатель платежа не осуществляет активной коммерческой деятельности и является по сути инструментом транзита доходов в адрес реальных получателей, остающихся анонимными. Озвученные Президентом и Правительством предложения по сути исходят из неопровергаемой презумпции того, что в выбранных для изменений юрисдикциях компании регистрируются исключительно как инструмент транзита доходов, в связи с чем к дивидендам должна применяться максимальная ставка налога, предусмотренная Налоговым Кодексом РФ - 15%. Ставка налога на проценты при этом остаётся пониженной по сравнению со ставкой, предусмотренной «по умолчанию» (20%), но, однако, возрастает по сравнению со ставкой по большинству СИДН.

Между тем, озвученные изменения не исключают возможности применения концепции ФПД к доходам, получаемым компаниями в «транзитных» юрисдикциях. Это означает, с одной стороны, что применение даже 15% ставки налога на проценты может быть оспорено налоговыми органами в случае, если будет опровергнуто фактическое право первого получателя на процентный доход. С другой стороны, подтверждение того, что обладателем ФПД является не компания из «транзитной» юрисдикции, а бенефициар из последующей цепочки участия, в ряде случаев позволит уменьшить ставку налога ниже заявленных 15%. Например, физическое лицо – российский бенефициар кипрской компании сможет претендовать на ставку налога в 13%, если сможет доказать, что фактически получает доходы от российской компании.

Учитывая изложенное, уже сейчас целесообразно рассмотреть возможность законной оптимизации ставки налога у источника с применением концепции фактического права на доход.